Гордый профиль
К Лазурному Берегу похожий корабль в прошлый раз подходил лет эдак тысячу назад. Тогда на его носу скалился дракон, на парусе были вытканы руны, а на веслах сидели зверского вида бородачи. Прямой потомок драккаров викингов, белоснежный эксплорер Olivia O в наши дни входит в Порт Эркюль не так воинственно, но впечатление производит сильное. Этот корабль узнаешь даже издали в сумерках, если только возможно различить его похожий на утюг силуэт.
Для норвежской верфи Ulstein работа над Olivia O стала первым опытом строительства экспедиционной мегаяхты. Переделывать в экплореры коммерческие суда – заметная тенденция нашего времени. Olivia O создавалась иначе. Проект мегаяхты длиной 88,5 м начинался с чистого листа, как сочетание визионерского таланта финна Эспена Ойно и многолетних наработок Ulstein Werft в строительстве паромов, а также кораблей для обслуживания ветряных установок и нефтяных платформ.
Фирменной чертой их внешнего облика является особый тип инверсного носа с острым и закругленным обратным форштевнем, образующим единую дугу с передней стеной высокой надстройки. Он был запатентован компанией под названием X-Bow в 2005 году. Впервые такое решение было применено в проекте килектора Orca (судна, которое устанавливает мертвые якоря для буровых платформ).
Прототипом X-Bow верфь называет высокий, изогнутый форштевень Гокстадского корабля. Этот погребальный драккар знатного викинга IX века – одна из главных археологических ценностей Норвегии и один из ее национальных символов. Его профиль чеканится на 20-кроновых монетах, а вид узкого носа спереди изображен на ассигнации номиналом 100 крон.
Ulstein испытывала в бассейнах модели судов с X-Bow и с обычным носом, дополненным округлым носовым выступом – бульбом. Вода оптекает бульб, образуя волну, которая «вычитает» волну, формируемую носом корабля, уменьшая лобовое сопротивление. Судно с X-Bow проходит сквозь волну, расщепляя ее острой кромкой носа, как строители драккаров расщепляли дерево топором вдоль волокон. Модели с X-Bow победили.
Опыт был подтвержден и на море. В 2007 году Ulstein устроила гонку между Orca и близкой по габаритам Skandi Caledonia с обычной конструкцией носа, оснащенного бульбом. При одинаковых затратах энергии Orca достигла скорости 13 узлов, в то время как скорость ее соперницы не превысила восьми узлов.
У любого инверсного носа гораздо меньшее лобовое сопротивление в сравнении с лодками, нос которых заострен сверху. Речь идет не только о трении о воду, но и о носовой, или ударной, волне, создаваемой самим судном. Таким образом, инверсному носу минимально мешает жидкая среда, а значит, судно тратит меньше энергии, то бишь также топлива, и испытывает низкую качку.
Kонечно, не обходится и без проблем. При завидных мореходных качествах на судах с обратным форштевнем, в таких яхтах приходится пожертвовать частью внутреннего объема. Это ограничение можно обойти, если сдвинуть надстройку вперед, как у современных коммерческих судов. Именно так проблема и решена в конструкции X-Bow.
У боевых кораблей викингов корма и нос были симметричны. Во время сражения, когда нужно было догонять противника или уходить от преследования, драккар мог не разворачиваться. Гребцы пересаживались, и корма становилась носом. К слову, носовое украшение – например, резная голова дракона – было съемным.
Инженеры Ulstein обратили на это внимание и сконструировали корму X-Stern c заостренной и закругленной формой, напоминающей X-Bow. Эксперименты показали, что в нововведении есть смысл. Сопротивление таким образом снижается почти на треть, а затраты энергии почти на две трети, уменьшается чувствительность к дифференту, а находиться на палубе во время непогоды становится куда безопаснее.
Без сомнения, в работе над Olivia O помог опыт Ulstein в создании криузных лайнеров, в особенности серии National Geographic Endurance. Рестораны, спортивные залы и велнес-кабинеты, гаражи для игрушек и планировка кают класса люкс – эти «элементы сладкой жизни» не были для специалистов верфи в диковинку.
В проекте Olivia O Эспен Ойно выдержал пропорции эксплорера, соединив удлиненную кормовую часть с открытыми палубами и большим пляжным клубом с передней надстройкой и носом X-Bow.
При 88,5 м длины и 4989 гросс-тоннах валового внутреннего объема яхта способна разгоняться до 15,8 узла. На пяти палубах предусмотрено место для вертолетной площадки, бассейна, большого кинотеатра и спа-центра.
До двадцати гостей смогут разместиться в восьми люксовых каютах (благодаря пульмановским кроватям), численность экипажа составляет 30 человек. Изображения интерьеров Olivia O, по просьбе заказчика, не публикуются. Известно, что миланское дизайн-бюро Droulers Architecture создало на борту «японское настроение».
Развивая перспективную концепцию корпуса типа X-Bow, Ulstein Group представила новые яхтенные проекты CX126 (98 м) и CX128 (55 м). Новый концепт CX128 получил схожую с Olivia O форму носа, но более универсальную надстройку. CX128 с валовым внутренним объемом 1380 брутто-тонн примет на борт 12 гостей и 15 членов экипажа, у него просторные открытые лаунж-зоны и пляжный клуб, а также предостаточно места для хранения самых разнообразных игрушек» и тендеров, что делает этот эксплорер очень привлекательным для отдыха и развлечений.
К такому эффективному корпусу так и просятся новейшие «зеленые» наработки, чтобы на свет появился эксплорер, близкий к идеалу. И Ulstein Verft над этим работает, в 2019 году норвежцы показали первый проект коммерческого судна Ulstein SX190, оснащенного водородным двигателем.
После появления первых кадров строительства экспедиционника Olivia O в 2018 году и тем более после передачи готовой яхты заказчику в прошлом году студии дизайна стали публиковать гораздо больше концептов, в которых инверсный нос становится настоящей визитной карточкой лодки. Американский архитектор Луис Генри Салливан говорил: «Форма следует за функцией». Только время покажет, насколько сильной и долгосрочной станет эта тенденция.
Из числа самых свежих «утюжковых» мегаяхт стоит отметить невероятный концепт Ocean One от дизайнеров Ludes. Невероятный проект – семипалубный, оборудованный сразу тремя бассейнами, гаражом со стеклянными стенами под вертолет. Эстетика великих океанских лайнеров 1920–1930-х годов читается с любого ракурса!
Не опасаются браться за большие лодки с инверсными носами и совсем молодые дизайнерские бюро – например, Kyron Design.
Не так давно оно продемонстрировало футуристичную и даже местами воинственную экспедиционную яхту Nzuri. Впрочем, 70-метровому судну такая сильная внешность подходит, ведь оно не побоится путешествовать даже в полярных широтах.
Игорь Лобанов показал новую версию концепта парусника Phoeniсia. Нельзя сказать, что на него влиял тренд. Российский дизайнер следует в своем фарватере: идея лодок с обратным форштевнем его занимает давно.
В 2000–х годах, на заре своей карьеры дизайнера, он участвовал в создании 119-метровой моторной мегаяхты А, построенной немецкой верфью Blohm & Voss по проекту Филиппа Старка.
Еще в 2011 году Лобанов показал первый вариант парусника Phoenicia циклопических размеров, неземной красоты и инопланетной технологичности. Он даже сделал два ряда весел – лучи яркого света ночью создают эту оптическую иллюзию. Иного носа, кроме как инверсного, у Phoenicia и быть не могло, поскольку он повторял нос античных военных кораблей. Результат у российского дизайнера вышел на загляденье – получилось наложение разных эпох, где внешность древнегреческое триеры (все же у финикийцев корабли были не столь изящны) соседствует с последними достижениями мировой науки и техники.
Через десять лет Лобанов переосмыслил проект, сделал его лаконичнее и строже, так сказать, больше киберпанка, меньше историзма.
Помимо парусного концепта Phoenicia дизайнер разработал для Oceanco концепт 115-метровой моторной яхты Tuhura c инверсным носом, представленный на Dubai Yacht Show в 2018 году.
Дизайн яхты восходит к незапамятным временам: внешне она напоминает ранние каноэ, выдолбленные из дерева челноки и другие подобные суда, которые коренные народы по всему миру использовали сотни лет назад. Кроме того, нос с обратным форштевнем и вогнутая линия транца развивали ту же идею симметрии яхты, над которой работали инженеры Ulstein и которую Лобанов ранее стремился реализовать в своем 132-метровом концепте Star.
При всех неоспоримых достоинствах инверсного носа все же возникает вполне обоснованный вопрос: почему частных судов с таким типом носа становится больше и больше так быстро?
Ответ, похоже. лежит на поверхности – хотя число таких яхт быстро растет, они пока остаются в очевидном меньшинстве на фоне лодок с «правильным» носом, а потому обречены притягивать взгляды, дарить их владельцам внимание со стороны окружающих. Появляются «обратноносые» лодки небольших размеров – например, 12-метровая Astondoa 377 Coupe. На малышах вроде этого дневного катера сильные стороны инверсного носа практически сводятся на нет.
А что по этому поводу думают сами яхтенные дизайнеры? Джеймс Рой, директор дизайн-отдела BMT Nigel Gee (морских архитекторов Tuhura), подтверждает: «Реальность такова, что выбор в пользу инверсного носа обуславливается эстетическими соображениями. Если бы цель состояла в получении реальных преимуществ по характеристикам, то это был бы прямой нос с вертикальным форштевнем».
