Уклунчивый

Свадьба лучшего друга

В марте нынешнего года папарацци зависли на вертолетах над дивным италийским озером, по которому Клуни с друзьями рассекает на своей Aquariva: пронесся слух, что Брэд Питт и Анджелина Джолли едут на принадлежащую Джорджу виллу Олеандра справлять свадьбу. На вилле вытрясали матрасы, готовили парадные помещения и праздничный обед, жена мэра в волнении бегала по городку, уверяя, будто честь соединить жениха и невесту выпадет ее супругу. Звездная пара приехала, погостила, съела парадный обед и уехала, так и не вступив в узаконенные отношения.

Очередной прикол. Идеальный розыгрыш на голубом глазу без капли вранья.

— Всего-то и требовалось: заглянуть к жене мэра и спросить, сможет ли ее муж зарегистрировать брак сразу или нужно предупредить заранее. Что вы, что вы, — говорит, — для вас в любой момент, без предуведомления. — Да нет, это не для меня, — я ей по-честному сказал. — Ко мне друзья приезжают. Брэд Питт с подружкой. — Я же действительно не для себя узнавал, я-то жениться не собираюсь. И ребята взаправду ехали ко мне в гости, да и папарацци одолели, пора было что-то с ними делать. Но я не выдумывал, будто Питт и Джолли собираются пожениться. Ни словечком не соврал. С женщинами легко иметь дело: два-три намека, а дальше они все сами. Я еще к паре местных кумушек зашел поболтать насчет своей личной жизни и о Питте с Джолли. Они, мол, так счастливы вместе — смотреть завидно. Нашли друг друга. Сразу видно — это на всю жизнь.

— И таким способом, ни словечком не соврав, ты пустил слух, что Питт и Джолли будут справлять свадьбу на твоей итальянской вилле.

— Кумушки заахали: когда же и ты, Джорджи? — Мое время еще не пришло, говорю.

— Правда, что Мишель Пфайфер и Николь Кидман поспорили на десять тысяч насчет того, женишься ли ты до сорока лет? Ты заплатил за них проигрыш и посоветовал удвоить ставку на полувековой юбилей?

— С чего бы я стал за них платить? А на мой полтинник пусть спорят — авось, дождутся. Кстати, сведения у тебя неверные: они поспорили, что я стану отцом. На женитьбу даже эти авантюристки спорить побоялись бы.

Знаешь, как мою первую жену звали? Талия Бальзам! Вот где примочка. Как после такого опять жениться? И чего мне, молодому-холостому, не хватает? Выпивка, девочки, мотоцикл...

— И Aquariva?

— Мой идеальный рецепт.

Тайна виллы Олеандра

И здесь мы упираемся в стенку. Поскольку поводом для интервью, естественно, стала Aquariva на причале у виллы Олеандра, и есть все основания предполагать, что принадлежит она лично Джорджу Клуни. Фотографии суперстара на борту украшают собой журналы. Германский дилер Riva откровенно использует сей факт для рекламы. Синьора Riva, жена гендиректора и соседка Клуни по даче, охотно повествует о славном голливудском парне, переводящем старушек через дорогу.

Он подвез на машине женщину из деревни, та шла с тяжелыми сумками. Простая старуха, даже телевизор не смотрит, не узнала его в лицо. А как-то раз Джордж постучался к нам в дом, когда забыл ключи от своей виллы, так мы и познакомились.

О любви Клуни к Aquariva она тоже упоминает, политкорректно вставляя всякий раз словечко арендованная. Мы предоставляем ему причал для его арендованной лодки. Он любит кататься на своей арендованной Aquariva. От постоянных повторов правдоподобия не прибавляется.

А Джордж Клуни прилежно разыгрывает очередную историю в своем духе: Я-вам-этого-не-говорил-откуда-вы-взяли-все-так-и-есть-или-нет-наоборот.

— Как получилось, что ты поселился на вилле в Италии, обзавелся яхтой? Почему выбрал именно это место, эту лодку?

— Вообще, мне Италия нравится. Люди поют, возвращаясь с работы. Женщины, вино, прекрасная еда. Я научился расслабляться, не гнаться все время за успехом.

Когда на Aquariva врубаешь под 30 узлов — приход, как от номинации на Оскар. И вещь настоящая. В Америке мы забываем, что было двадцать лет назад, Джон Кеннеди — все равно, что средневековый король какой-нибудь. А тут дворцы XIV века. Ренессанс... Знаешь, меня американская академия кинематографа к премии представила и назвала человеком Ренессанса, да еще и с харизмой? Так вот, Италия — то, что надо. Это я и называю Идеальный рецепт.

— Perfect prescription, Идеальный рецепт — так ведь называлась большая яхта, арендованная для съемок Двенадцать друзей Оушена. И снимали вы в том числе в здешних местах. Катались на Aquariva...

— Теперь мы снимаем Тринадцать друзей.

— И снова арендуете Perfect prescription?

— Может, и не понадобится арендовать.

— Почему не понадобится? Потому что ты купил его? Одно время говорили, что эта мега теперь твоя.

— Хм-м... Но ведь и об арендованной лодке пишут: Джордж Клуни на своей Aquariva...

— Так ты арендовал Aquariva, а не купил?

— Мы обсуждали вопрос словоупотребления, не более того.

— Хорошо, пусть будет словоупотребление. Что же в таком случае означает словоупотребление мой идеальный рецепт? Тебе принадлежит знаменитая мега под таким названием? Или ты купил Riva Aquariva и назвал ее Perfect prescription? Ты арендовал лодку и об идеальном рецепте рассуждаешь в переносном смысле — мол, солнце, воздух и вода — это то, что доктор прописал? Или, может быть, ты вовсе не покупал никакой лодки и просто, как всегда, издеваешься над репортерами?

— Ага-ага-ага!

— ЧТО ТАКОЕ PERFECT PRESCRIPTION?!!!

— Это — мой идеальный рецепт.

Племянник Розмари

Будем надеяться, идеальный рецепт поможет. На съемках Сирианы Клуни повредил себе шею и теперь жалуется на головные боли. И от лишних килограммов, которые пришлось набрать для роли, тоже не так-то легко было отделаться.

— Конечно, легче сбросить вес, если колешься.

— Ты похудел на наркотиках?

— Разве я так сказал? Я говорю — наркотики здорово помогают сбросить вес. И курево тоже. Хотя курить вредно. У меня девять ближайших родственников умерли от рака. Но для фигуры сигареты в самый раз. И для голоса. Тетя Розмари — как она пела блюз! Четыре Грэмми взяла.

— А твой отец был знаменитым журналистом. Ты, вроде бы, тоже хотел стать журналистом?

— Я хотел играть в бейсбол за Цинцинати редз. Когда меня отчислили за слабый бросок, поступил в университет. Проболтался три года на первом курсе. Потом десять лет искал счастья в Голливуде.

— Нашел?

— Актер — нечто среднее между репортером и бейсболистом. Я могу говорить с людьми как журналист и пользоваться успехом как спортсмен. В этом что-то есть.

— В этом году тебя номинировали на Оскар как режиссера и сценариста, а наградили за роль второго плана.

— Я же говорю — спортсмен. Людям все равно, что я пытаюсь донести. Им важно, как я выгляжу. А выгляжу я что надо, верно?

— Десять лет назад тебя признали самым красивым, самым сексуальным, лучше всех одевающимся мужчиной планеты, и вердикт этот не отменен. Как-то ты сказал в интервью, что у тебя над кроватью висит твоя фотография из People, другой раз — будто там висит зеркало, в которое ты каждый раз смотришься, едва проснувшись. Пустячок, конечно, но хоть бы тут понять, где ты говоришь правду, а где разыгрываешь.

— Ха! Я смотрюсь в эту фотографию, как в зеркало? Понятно. Мол, вот так я выгляжу раз навсегда, и точка. И я всегда говорю правду. В этом весь прикол.

— Ты же сам хотел стать журналистом. Мог бы и сочувствие проявить. Вот ты у кого бы хотел взять интервью?

— У Джона Кеннеди.

— ?

— Представляешь: высадка в заливе Свиней, куча трупов, сотни наших ребят в плену. Все ждут заявления. А он говорит: Да, ребята, облажался я, что верно, то верно. А хотите знать, что Джекки завтра наденет?. Это круто! От любого вопроса можно уйти изящно. Даже лишнего наговорить — пользуйтесь на здоровье. Хочешь, я тебе про свою ручную свинью расскажу? Всем надо знать, спит Макс со мной в одной постели или нет.

— Бог с ней, со свиньей, пусть спит, где хочет. Мне про твою Aquariva писать. То ли твою, то ли арендованную...

— Обязательно напиши. Замечательная лодка. Лучшей у меня в жизни не было.

А это как понимать?