Хранители Viola
Яркий пример того, как деревянное судно, спущенное на воду в начале прошлого века, продолжает жить и восхищать, гафельный тендер Viola, построенный в 1908 году на верфи William Fife & Son в Фэрли, стал 557-м проектом Уильяма Файфа III. Великий шотландский инженер-кораблестроитель, чьи геральдические драконы украшали носы самых изящных и быстрых яхт, создавал суда, которым было суждено пережить время.
Его корпус отличается длинным килем, низким бортом и элегантной кормой. Это легкая и быстрая лодка, несмотря на довольно скромные размеры.
Первым обладателем Viola был Томас М. Хантер из Коува, расположенного в графстве Данбартоншир. В течение 26 лет он считал себя не ее хозяином, а хранителем: Viola всегда словно сама выбирала людей. Все это время яхта оставалась в Глазго. В 1926 году на ней установили двигатель, а десять лет спустя новый владелец заменил гафельное вооружение бермудским.
К середине века лодка пережила многое: две мировые войны, переход из рук в руки и смены портов стоянки. В 1976 году очередной собственник Питер Грэйвс заменил старый двигатель на новый Ducati — решение, ставшее судьбоносным. До этого Viola вела незаметное существование, оставаясь яхтой для отдыха и прибрежных плаваний. Иногда казалось, что она уходит в забвение, но всегда находился человек, готовый вдохнуть в нее новую жизнь.
В 1980-е вдова последнего владельца, миссис Элиет Оуэн, решила исполнить мечту покойного мужа. Вместе с дочерью и капитаном она отправилась в годовое плавание до Гибралтара, потом до Канарских островов, Мадейры и обратно к берегам Англии. Из этого путешествия она писала друзьям: «Viola вела себя прекрасно и вызывала восхищение в каждом порту».
Оказавшись во Франции, в 1993 году лодка была признана историческим памятником
и обрела новых хранителей в лице организаторов фестиваля морских песен в Пемполе: «Стоило нам увидеть этого дракона работы Файфа — и случилась любовь с первого взгляда».
Однако возродить регаты в Пемполе не удалось, и в 1996-м яхта попала в руки бизнесмена и эстета Ивона Ротуро. Он тоже не считал себя хозяином: «Я хранитель лодки, ее страж». И самозабвенно служил ей почти 20 лет.
В начале Ротуро доверил реставрацию мастерам верфи Labbé в Сен-Мало, затем Бруно Барбаре и верфи Candela в Ла-Рошели. Был заново настелен тик, обновлен кокпит, при этом тщательно сохранены старые шпангоуты и балки — все то, что делает ее подлинной.
Бруно Барбара вспоминал: «Мы работаем с деревом, как в старые времена. Пластиковая лодка, может, и практичнее, но деревянная — живая. Ее можно лечить, настраивать, и она отплатит скоростью и грацией».
Начиная с 2000-х и по сей день яхта регулярно участвует в регатах. В ее послужном списке десятки побед, от Monaco Classic Week и Les Voiles de Saint-Tropez до Argentario Sailing Week и British Classic Week. В 2015 году после поломки мачты на Monaco Classic Week ей поставили новую из ели, высотой 14 м. Гик и бушприт укоротили, пошили новый комплект парусов. Их площадь составляет 118 кв. м на лавировке
и 218 на попутных курсах. Работы заняли восемь месяцев. Благодаря новому парусному вооружению яхта стала быстрее и отзывчивее. В 2017 и 2018-м Viola стала «Яхтой года» по версии французского журнала Yachting Classique. Для лодки с такой долгой историей это не просто титул, а доказательство вечной молодости.
Но, пожалуй, главная победа Viola — не призовые кубки, а люди, которых она объединяет, дружба, которая рождается на ее палубе, и дорогие моменты, когда история, эстетика и человеческая душа сходятся в одной точке.
«Историю Viola определяют два начала — любовь и мастерство, — говорит нынешний хранитель яхты Костя Белкин. — Любимые яхты остаются прекрасными всегда. Но без мастерства плотников лодка не блистала бы так, как сегодня».
Он влюбился в нее мгновенно. «Я помню наш первый выход в море из Ла-Рошели. Дул легкий бриз, в одной руке я держал устрицу, в другой — бокал белого вина. И вдруг понял, что никогда не видел ничего более прекрасного, созданного руками человека. Для меня это стало настоящим потрясением».
По традиции он воспринимает себя не как собственника, а как звено в цепи хранителей. «Мое дело — дать ей еще двадцать лет жизни и передать эстафету следующим поколениям. Возможно, даже своим детям. Для них это был бы особенный шанс».
Команда Viola объединяет людей разных профессий. «Для нас удовольствие быть вместе, и Костя прекрасно влился в компанию», — говорят его товарищи. Преемственность ощущается во всем: старый экипаж Ивона Ротуро по-прежнему в строю, новички приживаются постепенно. Нет разрыва поколений — только дружба и уважение. На берегу они могут быть кем угодно, но на палубе каждый знает свое место и обязанности. «Она живая. У нее есть настроение. Иногда она счастлива, иногда ворчит. Но главное, что она собирает нас вместе, и мы ее семья», — говорят члены команды, или Viola lovers, как они сами себя называют.
Его мечта — чтобы Viola дожила до 150-летия, сохранив аутентичность и дух Уильяма Файфа. «Это будет праздник для нее и для всех, кто любит ее», — объясняет Белкин.
До наших дней дошла лишь незначительная часть обширного наследия Уильяма Файфа III. Сегодня его яхты не просто радуют глаз, они стали посланцами далекой эпохи. Благодаря поколениям энтузиастов они спасены от разрушительного действия времени.
