Римские каникулы

Вечный город начинается в ресторане.

— Изучите-ка вот это, господин профессор, — говорит официант американскому студенту в ресторанчике Mani in pasta («руки в тесте» — ит.) в районе Трастевере.

Американский студент, дожидаясь своего ужина, читает книжку, а официант ставит перед ним тарелку макарон и предлагает изучить макароны столь же тщательно, как книжку. В ресторанчике напротив кто-то из ужинающих людей подходит вдруг к стоящему в углу пианино и принимается играть романс. А пожилой господин, сидевший за столиком в углу, выходит вдруг на улицу и через минуту возвращается с аккордеоном. То есть сбегал домой и принес аккордеон. И вместе, пианино и аккордеон, они играют, предположим, песню Паоло Конте «Поезд желаний». А закончив играть, возвращаются к своим столам.

Отличить хороший ресторан от плохого в Риме очень просто. Надо, во-первых, поехать в Трастевере. Во-вторых, заглянуть в окно ресторанчика или, если сквозь окна ничего не видно, открыть дверь и все равно заглянуть. Если в ресторане много японцев, питаться там не следует. Не то чтобы я плохо относился к японцам, но просто, если японцев в ресторане много, значит, ресторан внесен в какой-нибудь популярный японский путеводитель, и повар в ресторане совсем не старается готовить вкусно, ибо римляне вообще не любят стараться, если можно халтурить. В-третьих, если вам покажется, что публика в ресторане в основном итальянская, и, следовательно, отличает плохие макароны от хороших, надо проверить это свое ощущение. На столах у итальянцев стоит бутылка вина и бутылка воды. Никаких других напитков на столах у итальянцев стоять не может. Если вы входите в ресторан и видите на столах пиво, кока-колу, джин-тоник — немедленно бегите прочь. Значит, этот ресторан описан в каком-нибудь популярном английском или немецком путеводителе, ресторанный повар понимает, что люди, ужинающие у него сегодня, завтра наверняка будут ужинать в другом месте, и не старается.

— Знаете, что я вам скажу, синьор, — заговорщически сообщает официант в ресторане Carbonara на площади Кампо ди Фиори, — мозги барашка у нас умопомрачительные. Кажется, мясник зарезал целый философский факультет бараньего университета, такие это мозги.

А когда вы закажете бараньи мозги, официант принесет их вам и спросит шепотом:

— Вы откуда?

— Из России.

— А-а-а! Там этот ваш Путин, дружок нашего Берлускони, и такой же честный парень. Передавайте ему привет, если встретите в темном переулке. Так вы уедете в Россию?

— Уеду.

— Жаль. Вот так и происходит утечка мозгов. Вам принести к мозгам перец или масло?

Конечно, вечный город. Конечно, Колизей, Пантеон, Ватикан. Конечно, сколько бы то ни было, чувствительного человека непременно берет оторопь перед «Оплакиванием» Микеланджело в Соборе Святого Петра. Конечно, Фонтан Треви, площадь Навона, и сколько бы то ни было, чувствительного человека тянет искупаться в фонтане, потому что он смотрел «Сладкую жизнь» Феллини, и погонять мяч по брусчатке, потому что в России нету культуры площадных игр, а в Италии есть. Конечно, Рим очарователен. Но, к сожалению, вы упустите половину очарования Рима, если не знаете итальянского языка и, желательно, римского диалекта. Римляне все время шутят с еле заметной улыбкой. Они шутят, а вы не понимаете.